Cтрах высоты

Категория: Традиционно

Вообще-то, я очень боюсь высоты. Ну вот не отдал мне Господь неплохого вестибулярного аппарата. Если на колесе обозрения еще могу проехаться, то различные «Вихри» либо «Сюрпризы», где колесо крутится с сногсшибательной скоростью… Не.. Извините, не мое это.

Может быть, Кирилл вот поэтому и потащил меня не к для себя домой, а к собственному другу. Жил этот его компаньон аж на четырнадцатом этаже. Мне уже в лифте стало как-то некомфортно. Если б я знала, что меня впереди ждет:

— Любка, входи. — Он открывает дверь и мы входим в длиннющий коридор.

— Несвойственная планировка, — отмечаю я.

— А то! — Улыбается Кирилл. — Васька здесь все переработал. Чуток несущую стенку не поломал. Он вообщем затейник. Чаю хочешь?

Я пожимаю плечами. Понимаю же, что сюда мы пришли не чаи гонять. Кирилл, естественно, юноша терпеливый, но все-же мы встречаемся уже три недели с хвостиком. Пора бы перейти на наименее платонические дела. Потому когда он мне произнес «давай прогуляемся в одну квартиру», только идиотка не сообразила бы, куда ветер дует. Вобщем, я и не возражала.

Он уходит на кухню и щелкает там электронным чайником. Я иду гулять по квартире.

— Любка, двигай сюда!

Я с сожалением выхожу из спальни. Да уж: Кровать у его дружка — реальный сексодром. В сути, основную часть комнаты она и занимает. В принципе, правильное решение. Спальня должна быть спальней.

На уровне мыслей уже примеряюсь, как мы здесь будем кувыркаться.

В кухне Кирилл разливает благоуханно пахнущий чай по стаканам. Стаканы здесь тоже особые: старенькые, граненые, с серебряными подстаканниками.

— Не задумывалась, что в наше время можно граненые стаканы отыскать, — усмехаюсь я.

— Антиквариат, — улыбается в ответ Кирилл.

Мы прихлебываем жаркий чай.

— Что-то ты его стремительно заварил, не по правилам, — бурчу я.

Он подмигивает.

— А мы на данный момент все будем делать не по правилам.

Я удивлено поднимаю брови.

— Это как, мон шер? Вы меня заведете в спальню и будете читать Бодлера до того времени, пока я не засну?

— Не в спальню, — ухмыляется он.

— «Поручик был таковой затейник, — обидно произнесла вдова, смотря на люстру», — вспоминаю я бородатый смешной рассказ.

— Люстры здесь не выдержат, — ржет Кирилл. — А вот подоконники.

— Кирилл, ты рехнулся! Я боюсь высоты!

— Я знаю.

Он подходит ко мне, лаского обымает и внезапно подхватывает на руки.

— Кирилл, псих, пусти!

Он только качает головой. Вырываться из его медвежьих объятий полностью никчемно, он мастер спорта по греко-римской борьбе. Ну, зараза, если он меня вправду начнет пристраивать на подоконнике.

Кирилл несет меня к окну. Вспоминаю старенькый психический прием и начинаю ехидничать. А вдруг у него все романтическое настроение пропадет.

— И за бооорт еееее брааасаааииит в набежавшую вааалну, — ору я дурным голосом.

Кирилл ухмыляется.

— Чтобы ты знала, удовлетворенность моя, этому броску Стеньки Разина должен своим именованием один приток Волги. Конкретно туда он и макнул персидскую княжну. Кстати, она его сама об этом попросила. Так и произнесла: «Кинь меня».

— Что-то не помню я такового притока у Волги.

— Так она ж это произнесла со своим акцентом. В ее выполнении фраза звучала «Кинешь ма».

— Кинешма? — Догадываюсь я.

Он кивает. Только здесь я соображаю, что весь этот диалог происходит около открытого окна. Кирилл прочно держит меня на руках.

— Нет, ты все-же умеешь достигнуть собственного, — я кусаю его за ухо.

— Нрав таковой, женщина.

Он усаживает меня на подоконник и начинает торопливо раздевать. В некий момент я уже не осознаю, что сзади меня — четырнадцатиэтажная пропасть. Я просто растворяюсь в его объятьях. И когда он заходит в меня, я начинаю тихо стонать от удовольствия, а позже все громче и громче, и глас мой эхом мечется во дворе.

Может быть, там, понизу, уже собрался люд. Но меня это не колышет. Я просто наслаждаюсь сильными толчками Кирилла.

А позже он закидывает мои ноги для себя на плечи, голова моя откидывается вспять: И здесь я понимаю, что высоты нет… Есть какое-то чувство невесомости, падения ввысь, космоса, затягивающего меня в эпицентр некий безумной воронкой:

— Кириииил.. — Я ощущаю себя уже исключительно в спальне, куда он перенес меня. Когда? Не знаю… Я растеряла счет времени.

— Что, удовлетворенность моя? — Он ежит рядом и лаского гладит мои волосы.

— Ты сволочь. Но ты самая восхитительная сволочь в мире.

Он улыбается.

— Может быть, ты и права. Я просто желал, чтоб твой ужас перерос в удовольствие.

— Маркиз де Сад, это вы?

— Конечно, мой дорогой Мазох.

Я набрасываюсь на него с кулаками и длительно стучу по его мускулистой груди, пока он, хохоча, не переворачивает меня на спину: И опять мы увлечены сексом. Сейчас длительно и прекрасно.

: А уходя, я поворачиваюсь и с ухмылкой смотрю на подоконник квартиры на четырнадцатом этаже.

— Кирилл, ты красота.

— Так все-же, красота либо сволочь?

Я целую его в щеку.

— Ты очаровательная сволочь. Но кажется, я сейчас уже не боюсь высоты.