Француженка

Категория: Романтика

Николь закрыла двери, обернулась и неунывающе переспросила: «Как у тебя дела? Всё отлично?» Она проскользнула вглубь комнаты и наклонилась над собственной сумкой в углу. Легкая летняя юбка очертила её овальную попу и края трусиков. Я сглотнул. Николь только-только выходила «попудрить носик», и я ясно представил для себя, что вот практически только-только она снимала эти трусики и задирала эту милую юбочку совершенно неподалеку от меня.

Я перевел взор на её ножки в роскошных летних босоножках. Тонкие длинноватые ножки — такая уникальность для французской девицы. Она вообщем была только приятна, и никогда ещё занятия французским не казались мне такими приятными. Мы занимались по средам во французской школе, и по воскресеньям у меня в кабинете, благо там в выходные никого не было.

Сейчас как раз было воскресенье, и во всём кабинете мы были одни. Николь села за стол напротив меня, мы стремительно пролистали моё домашнее задание по грамматике и перебежали к устной речи. Николь положила впереди себя какую-то бумажку:

— Расскажи-ка мне, чем отличаются французская и южноамериканская меры длин и весов?

Я растянул из памяти все французские наименования американских фунтов и дюймов, какие знал, и попробовал даже вспомнить коэффициенты конвертации. С французской системой было куда проще, так как там те же метры и килограммы, что и в мире.

— Южноамериканские девицы специально выдумали для себя фунты, что гласить «я похудела на целых три фунта» и ликовать этому. — улыбнулась Николь. — А там всего-то килограмм с излишним выходит.

— Да уж, толстых американок не сопоставить с тонкими француженками, — произнес я.

— Тонкими? — Николь удивленно подняла брови. — Так не молвят. А ну-ка, как ты верно скажешь девице, что она «узкая»?

— Ммм… — это было нелегко, я не на шуточку задумался. — Вы стройны. Вы роскошны. Как ещё?

— Это всё? Как же «вы элегантны», «вы презентабельны», «вы соблазнительны»?

— Это не то же самое, что «вы стройны», — сделал возражение я.

— Всё равно. Вспомни-ка все французские комплименты, которые ты знаешь.

Вспоминать комплименты оказалось вдруг на удивление просто, так как прелестная женщина посиживала прямо напротив меня. Я изловил её взор и принялся гласить совсем от всей души, смотря ей прямо в глаза:

— Вы презентабельны, вы обворожительны, вы умопомрачительно красивы, вы само совершенство, ваша юбка так вам идёт, ваши глаза великолепны, ваши ручки роскошны, ваши ножки прекрасны, вы так милы и прелестны!

Мне показалось, что Николь чуточку побагровела. Она малость поразмыслила и произнесла:

— Не считая того, можно сказать, вы аппетитны, вы миловидны, вы «секси».

— «Секси» — не французское слово. — с ухмылкой сделал возражение я. Николь рассмеялась:

— С ударением на последний слог даже очень французское. Секси-и-и-и.

Когда она гласила это длительное И, её губы растягивались в прелестную ухмылку. Мне стало горячо.

— Расскажи-ка мне, какая это — «секси»?

— Эээ, я думаю, это женщина, которая вызывает сексапильное желание, смотрится соблазнительно. От слова «соблазн».

Говоря это, я чуток подвинул ноги под столом и в один момент соприкоснулся с её ножками. Я был в открытых сандалиях, и наши ноги соприкоснулись будто бы нагие, без обуви. Я ощутил её нежную кожу и на мгновение застыл, не способен убрать ноги. Николь споткнулась, но через мгновение отодвинула свою ножку от моей и продолжила:

— Как конкретно должна смотреться женщина, чтобы быть «секси»?

Я принялся говорить про одежку и мейкап. Мои мысли всё ещё были перепутаны из-за прикосновения, а словарный припас в плане мейкапа и одежки оставлял вожделеть наилучшего. Николь обязана была давать подсказку мне половину слов.

Тем временем я опять коснулся её ноги под столом и с наслаждением опустился в чувства от этого касания. Бархатная кожа роскошной ножки девицы была только мила на ощупь. Сейчас Николь не убрала ногу и продолжала гласить со мной как ни в чем же не бывало.

Вдруг я ощутил какое-то движение, а через мгновение оказалось, что Николь высвободила одну ножку от обуви и поставила её пяточкой на мою чуток повыше ремешков сандалии. Через мгновение 2-ая пяточка задела моей 2-ой ноги: Николь посиживала с босыми ногами, поставив свои нежные ножки под столом на мои ноги.

Я растерял всякое чувство действительности, опустил руку под стол и поднял её левую, а позже и правую ножку за пяточки к для себя на колени. Каждое касание милых ножек ранее труднодоступной девицы приносило большущее наслаждение. Я погладил её нежные пальчики на ногах, провел руками по бархатной коже практически до самых коленок. Николь чуток откинулась на стуле, прикрыла глаза, а я голубил её ножки под столом…

Через несколько длительных мгновений я лаского поставил её ножки на пол, встал и обошёл стол, подойдя к ней. Ласковый запах её тела совершенно опьянил меня. Я приблизился к её лицу, к красивым, обширно раскрытым очам и начал шептать ей, как она красива, волшебна, обворожительна, вожделенна, соблазнительна и нестерпимо великолепна.

После чего я приблизился ещё и приник к её губам. Я касался её губ своими медленно-медленно, наслаждаясь их вишневой нежностью и вовлекая её в игру поцелуя. Николь некое время только немножко прижималась к моим губам, а позже стала лаского целовать их в ответ и на несколько мгновений даже соприкоснулась упругим кончиком язычка с моим языком. Я задрожал от желания и ещё активнее принялся изучить её ласковый ротик.

Мы как-то неприметно поднялись и она села на край стола, не отрываясь от поцелуя со мной. Мои руки сами просочились ей под блузу и нежное тело затрепетало в моих ладонях. Я приголубил её спинку и ласковый живот, нащупал и расстегнул пуговички на блузе, и через несколько неудобных мгновений блуза соскользнула на стол. Под блузой оказался милый белоснежный бюстгальтер с ординарными полукруглыми чашечками.

Я собрался с силами, оторвался от этого нескончаемого, кружащего голову поцелуя и опять зашептал все комплименты на французском, которые знал, включая «секси». Николь чудесно улыбнулась и поглядела на меня очень лаского. А я тем временем расстегнул застежку её бюстгальтера и белоснежные чашечки соскользнули вниз, обнажая более белоснежные, совершенно круглые полушария её прелестной девичьей груди.

Розовые сосочки упруго торчали, обрамленные осторожными темными кружочками… Красивая женщина с растрепанными волосами и оголенной грудью посиживала передо мной на столе в одной юбке… Я опьянел от восхищения и опять приник в поцелуе к её медовым губам. Мои руки скользнули по её телу, обняли её за талию, отыскали наощупь дивные персики её грудей и стали ублажать их с таковой нежностью, на которую только могут быть способны шершавые мужские руки.

Николь задрожала в моих руках. Я ощутил её нежные ладошки у себя под рубахой, прямо на груди. Она гладила моё разгоряченное тело, расстегивала пуговицы рубахи и медлительно стягивала её с меня. Когда рубаха оказалась на полу, Николь ещё раз провела ладонями по моему торсу и занялась ремнем и джинсами.

Я посодействовал расстегнуть собственный ремень, а она перехватила инициативу и сама расстегнула пуговицу и молнию — мои джинсы скользнули вниз. Я ещё больше возбудился от мысли, что стою в облегающих трусах перед замечательной женщиной. Мой член вздымался под тканью, а ладошки Николь тем временем поглаживали меня по этой неровности и по бёдрам.

Николь вдруг поддела пальчиками резинку моих трусов и медлительно, аккуратненько потянула их вниз. Мой возбужденный член немедля выскочил на свободу. Женщина оторвалась от поцелуя и поглядела прямо на него. Её ладошки стянули мои трусы до колен, она заботливо задела яичек и лаского погладила ствол моего члена. Потом поглядела на меня и улыбнулась:

— Это 1-ый российский член, который я вижу.

— И как для тебя? — не удержался я от вопроса.

— Мне нравится, — она опять приголубила его рукою, я задрожал от наслаждения и член натужился ещё посильнее…. — Прекрасный.

Её пальчики прочертили линию по внутренней стороне моего ноги, меж яйцами и ввысь практически до самой головки члена. Николь обхватила его ладошкой и стянула кожу вниз, оголив набухшую головку. У меня помутилось в голове от возбуждения.

— А ты 1-ая французская женщина, которой я касаюсь, — произнес я.

Я схватил её ножки под коленками и опустил даму спиной на стол. Юбка задралась и моему взору предстали нежные белоснежные трусики, плотно облегающие её ноги. Я стянул с Николь поначалу юбочку, наслаждаясь тем, как роскошные белоснежные ножки мерцают у меня перед очами, помогая мне снять её одежку, а позже медлительно, с наслаждением потянул вниз трусики.

Под трусиками оказалась аккуратная вертикальная полосочка ласковых волос, заканчивающаяся у начала интимных губок. Я пожирал взором полосочку и всё, что там далее за ней,продолжая стягивать её трусики. Как её ножки освободились, я закинул их для себя на плечи и лаского погладил даму по коленкам и по бёдрам. Погрузился на колени к краю стола, приблизился к её расчудесному интимному цветку и поцеловал даму прямо в раскрытые лепестки меж её ножек.

Интимные губы Николь были полны воды и неописуемо нежны на ощупь. Я не сдержался и поцеловал их ещё пару раз, поиграл кончиком языка с клитором, провел языком меж лепестками. Женщина испустила чуть слышный стон..

Я поднялся, подвинул её чуток поближе к краю стола и медлительно вошёл в неё. Нежные скользкие губы раздвинулись, впитали мою пылающую от возбуждения головку, а потом и ствол члена. Я ощутил, как моя плоть раздвигает нежные ткани её тела, будто бы жаркий поршень движется снутри обволакивающих холодных волн. Непередаваемое, полное удовольствия чувство. Женщина прикрыла глаза и плавненько насаживалась на мой член.

Я взял Николь покрепче за бёдра и стал двигаться энергичнее. Она лежала передо мной оголенная, закрыв глаза и прикусив губы, нежные девичьи груди колыхались ввысь и вниз, её живот трепетал, а длинноватые роскошные ножки непроизвольно прижимали меня плотнее. Я голубил руками её ноги и груди, гладил по коленкам и целовал пальчики ног, продолжая энергично погружать член в её нежное лоно.

Мне казалось, что я плыву по волнам её тела, что она вся само наслаждение. Я стопроцентно растерял счёт времени и услаждался каждым движением, каждым касанием её кожи, когда вдруг Николь стала стонать громче, растянула руки вниз и обхватила меня за бёдра так прочно, как могла достать, стараясь придавить мои бёдра к своим ещё сильней. Её ножки соскользнули с моих плеч и обняли меня по краям, с силой прижимая и вгоняя меня в её тело.

Я ощутил, что её влагалище сжалось упругим кольцом вокруг моего ствола, каждое движение приносило меня в два раза больше наслаждения, а Николь извивалась и стонала во весь глас. Я с силой заходил в неё, массировал её груди, теребил розовые сосочки и с удовольствием рассматривал её красивое, искаженное мукой наслаждения лицо. Она вдруг вскрикнула, придавила меня ещё посильнее, застыла на несколько секунд и расслабилась.

Я тормознул… Мой член был погружен в её разгоряченное лоно и мне казалось, что чувствую пульсации её тела вокруг него. Николь вздохнула, открыла глаза и погладила меня по руке, указывая, дескать, продолжай. Окрылённый её удовольствием, я взял Николь за бёдра и продолжил движения, погружая и вынимая ствол в её истекающее соками влагалище.

Через несколько движений я насадил её как можно поглубже на член и излился вовнутрь её тела. Она сжала мой член какими-то внутренними мускулами и я ясно ощутил несколько жарких струй, бурно вырывающихся из меня в её беззащитное лоно. Мои ноги подкосились и я чуть успел взять себя в руки и опять собраться с силами.

Прошла, наверняка, минутка, до того как наши тела разъединились. Николь села на краю стола, я обнял её за талию и лаского, признательно поцеловал. Погладил нежные извивы её тела, посодействовал ей спрыгнуть на пол и одеться, и оделся сам.

— Продолжим урок французского?

— -Ну уж нет, месье, — произнесла она со хохотом. — Ваше время вышло. Последующий урок в последующий раз!

И она лаского улыбнулась и подмигнула мне.