Кипение страсти

Категория: Традиционно

Мы только-только побывали в душе. Побывали поодиночке — ты очень желала пойти совместно, чтоб продолжить там наши игры, но я был против — давай-ка немножко отдохнем. Не нужно торопиться — у нас много времени.

Правда, когда я вышел, с полотенцем вокруг бедер, ты была очень недовольна и все пробовала сдернуть с меня это полотенце, и для тебя это удалось, и ты опять целовала головку моего члена, причмокивая и облизываясь, и я опять услаждался, и готов был кончить прямо на твои губки. Но приостановил тебя — есть мысль лучше.

Пока ты прогуливалась в душ, я приготовил вино и фрукты — нужно же нам подкрепиться! Так с бокалами вина и повстречал тебя — ты вышла такая посвежевшая, бодренькая, улыбающаяся, обернутая полотенцем, с капельками воды на нагих плечах.

Почему бы нам не выйти на лоджию? Воздух сейчас очень неплох. Конец мая — уже очень тепло, даже горячо, но нет еще летней удушающей жары — мое любимое время года. Нет, так и иди — с полотенцем.

Мы стоим у открытого окна лоджии и смотрим на город. Уже стемнело. Понизу гуляет люд — сильно много народа. Пылают фонари. Мы выключили свет в комнате, и сейчас нас освещает только этот свет уличных фонарей. Кое-где играет музыка.

Я стою сзади тебя, положив руки для тебя на талию, и мягко целую твою шею, ушки. Ты смеешься — для тебя щекотно, когда мой язык блуждает по твоей ушной раковине, но страшно приятно. Ты глядишь вниз и гадаешь, может ли кто-либо созидать нас?.. Навряд ли — очень высоко. А напротив нас нет жилых домов. Наверняка, никто не лицезреет. Хотя.

Ты прикрываешь глаза и отдаешься моим ласкам, представляя кого-либо, кто следит на данный момент за нами. Тебя это начинает возбуждать, ты поворачиваешь голову, ища губками мои губки, сразу шаря рукою у меня меж ног. Я целую тебя, долго-долго. И когда ты, в конце концов, сжимаешь в руке мой член и начинаешь двигать кулачком по его стволу, я срываю с тебя полотенце!..

Качнулись твои груди, обретшие свободу, посильнее сжался твой кулак на моем члене, губки твои так впились в мой рот, что у меня зашлось дыхание.

Но когда мои руки легли на твои груди, когда пальцы мои заскользили по твоим соскам, а меж своими ягодицами ты ощутила жаркую твердую головку, уже мокроватую и скользкую, ты поразмыслила, что это уже очень, и чувство приличия (либо какое-то другое чувство?) принудило тебя все-же закончить такое «бесстыдство» на очах у всех.

Ты боишься, что кто-то лицезреет твою нагую грудь? Тогда склонись ниже, чтоб груди спрятались за рамой окна. Вот так.

Ты наклоняешься, чтоб прикрыться огораживанием — к этому я и вел тебя. Так как твоя попа при всем этом подалась ко мне и я вцепился в твои ягодицы, поглаживая их, разводя в стороны, двигая членом меж бедер. О!.. там снова мокро и жарко!..

: Так мы и стоим — я вгоняю в тебя собственный отвердевший член, ударяясь животиком в твои ягодицы, а ты, положив голову на одну руку, лежащую на подоконнике, другой рукою теребишь собственный клитор. Понизу прогуливаются люди, которые в всякую минутку могут поднять взор ввысь. Груди твои качаются в такт моим толчкам, возможность того, что кто-то может созидать это, безрассудно возбуждает нас обоих, и для тебя уже охото выпрямиться и показать наблюдающему, какие прекрасные — огромные, твердые — у тебя соски.

Все это так очень возбудило тебя, что кончила ты очень стремительно, выгнув спину, вскрикнув, сжав мой член. И здесь же одномоментно ослабела, медлительно опускаясь на пол.

Я еле успел вытащить из тебя, по другому ты бы его сломала.

Но во мне еще бурлит, и я подношу член к твоему лицу (ты тяжело дышишь, губки твои полураскрыты а глаза прикрыты), несколько раз дергаю его, коснувшись твоих мягеньких губ и — А! -а-а.. кончаю на твои губки. А ты конвульсивно с упоением слизываешь.