Мезальянс (история о женском коварстве и мужской глупости)

Категория: Романтика

ГЛАВА I. «Прохладное лето»

Прохладное лето. 2003-ий год. Ухмылки, рассветы. Закаты, букеты роз…Иду по центральной улице. Крапает маленький дождик. Смотрю по сторонам, вглядываюсь в лица и спины. Желаю узреть знакомую фигуру. Вот! Наверняка, это она! Ускоряю собственный шаг. Нет… Как досадно бы это не звучало! Я ошибся… Для чего я её ищу? Ведь уже всё завершилось. Ведь уже всё прошло. Для чего? Я просто желаю ей сказать «привет!», и продолжить собственный путь. Желаю просто узреть её глаза. Глаза, которые меняют собственный цвет, зависимо от времени суток, освещения, настроения. Они то голубые, то сероватые, то зелёные. Как морская волна. Я желаю повстречаться с ней взором. С её магическим взором. Глубочайшим, как море, в каком плещутся волны: голубые, сероватые, зелёные. А её волосы! Каштановые. Пепельные. Русые. Зависимо от времени суток, освещения, настроения.У неё другой. С этим ничего не поделаешь. Это судьба! Злой рок! Сердечку не прикажешь! Почему она не произнесла мне сходу, как мои чувства стали видны? Чувства, которые рвались на волю из духовного плена, но их сдерживала какая-то незримая сила. Почему не произнесла? Почему не приостановила? Семимильными шагами я приближался к пропасти. К смерти. Почему? Что это было? Женское коварство? Мужская тупость? Может, обман либо самообман? Фатализм: будь что будет? А, может, она не веровала в мою искренность?Она произнесла (это признание далось ей нелегко):– Алексис! Я всё лицезрела, замечала… Но ответить взаимностью для тебя не могу!Я на краю пропасти. На краю света. Там – вдалеке – моя мечта, моё солнце. Я расправляю крылья. Свои парафиновые крылья. И взлетаю. Взлетаю в небо. Голубое небо. Я желаю подняться выше и выше. Поближе к Солнцу. Я уже чувствую жар, пламенное дыхание звезды. Звезды по имени Солнце. Парафин тает. Знакомый сюжет. Это уже было. Икар! Дедал! Это уже когда-то было.Я лечу, как мотылёк на открытый огнь. И желаю погибнуть!Крылья растаяли. Я падаю. Падаю в пучину. Пробую осознать, оценить бесконечность. Как это было? Что это было? Что не так было сказано? Что не так было понято? Вообщем, ЧТО было? Может, ничего и не было. Не было моей любви? Не было её? Был просто сон!Я падаю…

ГЛАВА II. «Поздняя осень»

И вспоминаю…Поздняя осень 2001-ого года. Под ногами – разноцветный ковёр из опавших листьев. Мы идём по городскому парку. Спускаемся по лестнице. Я подаю ей руку. Она спрашивает:– Алексис, ты же джентльмен?Я отвечаю:– Да! Естественно!Почему она спросила? К чему бы это? Мы идём далее. Делаем несколько фото. В памяти – клочки фраз. А позже…– Алексис, я такая ленивая – просто жуть. Дома занимаюсь неясно чем. Обучаться некогда.Нелёгкое признание в своей лени. Кто не считает себя ленивым, пусть бросит в меня камень (либо в монитор, с которого вы читаете мою повесть). Мы сидим в библиотеке. Готовимся к сессии. Студенты 3-ого курса заочного отделения n-ного северо-кавказского университета.Социология, маркетинг… А на уме только: necking, petting.– Ну, может быть, у тебя супруг, малыши? – пробую я оправдать её «лень».Она отвечает, что всё напротив. Вся личная жизнь – учёба и работа. Плохо. Такая прекрасная, юная дама. У неё ещё всё впереди. Ха! А почему бы не я? Но… Ожесточенный век – беспощадные сердца! Меж нами пропасть. Меж нами годы. Меж нами целых (а, может быть, всего только) восемь с половиной лет. «Меж нами – годы-годы. Я не могу: их нереально пересечь…». Любви все возрасты покорливы! Пустые слова. Любви так не достаточно для счастья. Что я могу ей дать? Что сделать для неё? Что я желаю от неё? Я не желаю её на ночь. Не желаю её на денек. Она не нужна мне на неделю, на год. Я желаю её на всю жизнь. Я желаю быть рядом… Мы могли бы пойти совместно по жизни, через тернистые пути. Но ей не 20 лет. И у неё уже всё было: и тернистые пути, и любовь. Ей нужно большего. А я…Знаю, я – не Брюс Уиллис и не Ален Делон. Она! Пусть не безупречная дама. Пусть… Но я её люблю такую. Серо-голубо-зеленоглазую… Каштаново-пепельно-русую…»Мы избираем, нас выбирают: как это нередко не совпадает…»Тупо! Эмоции затмевают разум. Любовь мешает жить. Все мысли только о Ней. Я гоню их прочь, а они не уходят. Они всё сильней и сильней вгрызаются в мой мозг. Они, как раскалённые стрелы слепого Амура, вонзаются в сердечко. Одна за другой, одна за другой… Стрелы разрывают мне грудь. Одна за другой, одна за другой… Эти мысли, как будто острые бритвы в руках опытнейшего палача, пытают мою суть. Как жить?!Я говорю для себя: «Забудь, забудь… Забудь её ухмылку! Забудь, забудь… Забудь её глаза! Не совершай ещё одну ошибку: она тебя обожать не будет никогда!». И равномерно забываю…Другая женщина… Новый год. Дискотеки. Милое создание. С ней так просто и просто. Но, как досадно бы это не звучало, моё сердечко принадлежит той, чьё сердечко, к огорчению, мне не принадлежит.Приходит зима. Леденеет горячее сердечко. Покрывается льдом. Каково это: чувствовать кусочек льда у себя в груди? Каково это: созидать лёд в очах возлюбленного человека? В очах цвета морской волны: голубых, сероватых, зелёных. Зависимо от времени суток, освещения, настроения.Ожидать весну! Необходимо ожидать весну. Весну, когда растает сердечко, и всё будет по-иному.А я как и раньше лечу в пучину…

ГЛАВА III. «Давно ожидаемая весна»

И вспоминаю…Давно ожидаемая весна. Весна 2002-ого года. Я опять вижусь с ней. Вижу её ухмылку, вижу её глаза. Чувствую себя безнадёжным романтиком.Майские празднички! Звоню. Желаю пригласить погулять. Но теряю дар речи. Как тупо! Как это тупо! Это так просто – пригласить. Но только не её. Она достойна наилучшего и большего, чем бесцельная прогулка по парку. Всё начинается с малого! Да! Но это у неё уже было…Её Денек рождения! Дарю ей открытку. Желаю, чтобы поскорее реализовались все её мечты. Она гласит:– Да уж скорей бы!Я поразмыслил: «Жалко, что это зависит не от меня…»Я повсевременно ей звоню, она стремительно и с надеждой поднимает трубку, а там – Я! Но она ждёт не меня, она ждёт Его звонка. Жалко! Это судьба! Злой рок! Она как и раньше холодна. Я – просто друг! Но я не желаю быть просто другом. Не могу!Прошла весна. Отцвели сады. Я чувствую, как вянут мои чувства. И это лето мне предстоит прожить без неё. Жутко. Но, всё равно, она кое-где тут. Рядом. Нет! Она не рядом со мной – она во мне!Забылась боль. Остыло сердечко.И кровь по венам не бежит.Нельзя же вечно бесконечность,Забыв про всё и вся, обожать.Я как и раньше лечу в пучину…

ГЛАВА IV. «Последняя осень»

И вспоминаю…Прошло лето. Установилась осень. Не знаю для чего, звоню ей. Договариваемся о встрече. Разговор не клеится. Начинаем гласить глупости….– Ты, Алексис, не человек. Становись скорей человеком.Кто же я, и что делать?– Ты – мортышка! Обучаться нужно, обучаться и ещё раз обучаться!Я и так хорошо обучался. Стал обучаться ещё лучше. Что и кому я желал обосновать? Не знаю.Случаем встретив её на улице, я улыбнулся и поздоровался. Она произнесла: «Раз уж мы с тобой так случаем повстречались, то это – судьба!» (Злой рок!?). И добавила, что скоро мы увидимся на Парнасе. Что она имела в виду? Для чего произнесла это? Как много вопросов, которые никогда не отыщут ответа.…Завершилась сессия. Для многих успешно, для меня не совершенно: из-за курсовой работы пришлось перенести сдачу экзаменов. Звоню возлюбленной:– О! Привет! Поздравляю с удачной сдачей. Это таковой повод для встречи!Она меня резко осадила:– А ты всё сдал? Ах так сдашь, и тогда побеседуем!Она отдала мне надежду! Для чего? Ведь знала, что никогда ничего не будет. Почему не произнесла, чтоб я тормознул, не шёл за ней на клич обманчивых огней? Почему не произнесла: «Скатай губу! Для тебя ничего не светит!»? Я бы не обиделся. Я бы всё сообразил и простил. Но……Приближался Новый год! 2003-ий год. Я сдал экзамены. И решил идти ва-банк. Пишу ей письмо. Не помню практически, что я там написал, помню только, произнес ей «Привет, Журавль!», спросил, что лучше: «синица в руке либо журавль в небе», сказал, что сдал сессию относительно хорошо. И как-то двусмысленно намекнул, что если есть что-то обоюдное, хорошо бы поменяться подарками.Момент правды! Возлюбленная дарует мне фото в рамке: она и её подруги. Что это? Намёк? На что? «Отстань!»? Либо «Не сдавайся!»? Я решил, что раз дарует, означает, есть надежда.Глуповатый мальчишка! Доверчивый.Я подарил ей статуэтку барана. Год-то всё-таки козлиный. И пожелание:Оля!Твой символический подарок свёл меня с разума. Я безрассудно счастлив.Это то самое, о чём можно только грезить. Спасибо!Мой подарок также символический. Он не особо ценный.Просто сувенир. Вообщем, не суди меня очень сердито.В особенности за стихотворение. Я всё понимаю.Но ничего не могу с собой поделать…На всякий случай – прости.***В этот светлый праздничек,Когда зажглись огни на площади большой,Я для тебя желаю,Всего того, что можно пожелать такойКрасивой даме, как ты:Добра и мира на земле,Побольше счастья и любви,Также долгих-долгих лет.Желаю, чтобы сбылисьТвои все потаенные мечты.А ну-ка, улыбнись!Не знаю наилучшей я, чем ты…»Всё понимаю, ничего не могу с собой поделать!»Неуж-то мои чувства так бесконтрольны?И подчиняются впрямую Всевышнему либо Всенижнему?Я как и раньше лечу… Ветер свистит в ушах. И всё поближе, и поближе аква гладь. Аква гладь моря. То голубого, то сероватого, то зелёного, и того же бездонного, как её магический вгляд.

ГЛАВА V. «Мортышка по имени…»

Падаю в пучину, и вспоминаю…Прошли новогодние празднички. Помню, как в 19 часов утра 1 января 2003 года я сделал открытие века. А потом, через 15 минут, я с трудом открыл и 2-ое веко. Позже открыл холодильник. Потом – бутылку пива…Трудности на работе. Глуповатый клиент. Я же ему гласил, что до Нового года он собственный заказ не получит. А он воет: «Мне никто не гласил, что я получу заказ после Нового года!». Желает средства вспять. Обойдётся!Созваниваюсь со собственной возлюбленной. Созваниваюсь нередко. Она гласит, что у неё принципиальные планы на этот год, и если хоть что-то реализуется, она будет счастлива.Встречаемся изредка. Эти встречи носят учебный нрав: обмениваемся литературой, конспектами. У неё – работа. У меня – работа. Во время одной из таких «встреч», я произношу фразу: «Человек – это звучит гордо, а мортышка – перспективно!». Просто отменная поговорка. А она ответила: «Тебе: человек – очень отдалёкая перспектива…». Грустно…14 Февраля! Валентинов Денек! Денек Освобождения Ростова-на-Дону от фашистов. Дарю возлюбленной брелочек в форме сердца. Она удивляется и не верует, что подарок ей, и от меня («Кому? Мне? Фирменный подарочек?»). У неё такая возможность приостановить меня. Сказать, чтоб я не терял напрасно время. Но она молчит: ни «нет», ни «да». Почему? А я бегу и бегу вперёд. К краю. Краю пропасти.23 Февраля! Она мне позвонила! А я уж задумывался: забыла! «Ну, Алексис, как я могла запамятовать? Я не забыла!». Поздравляет меня поздравляем. Рекомендует прочесть книжки Ричарда Баха «Чайка по имени Джонатан Ливингстон» и «Иллюзии». Книжки про жизнь. «Чайку» я нашёл сходу. И прочел. Притча. Но широкомысленная. Смысл: не непременно быть, как все. Необходимо самосовершенствоваться и стремиться ввысь. К Солнцу. Как я…Что она желала сказать этой книжкой? Это намёк? Может, прямо спросить? Наверное, не стоит.Я бросил работу – плохо выходит. Никаких особенных фурроров. Таковой удар по моему самолюбию. Когда брался – переоценил свои способности. Наверное, у меня депрессия. Звоню возлюбленной – становится легче. Она просто спасатель.8 Марта! Дамский денек! Дарю ей открытку с поздравлением. Как обычно… Она удивляется: «Нужно же: меня с 8 Марта поздравляют…».Дорогая Оля!Сейчас Восьмое Марта. И я желаю…Нет! Я должен тебя хоть поздравить.Так вот… Ставлю перед собойзадачи-максимум, а выполнить — слабо…Может быть… Когда-нибудь… Но будет поздно.******Желаю для тебя:Обрести поскорей своё женское счастье!Быть всегда юный и прекрасной!Чтоб ты при всех невзгодах, ненастьяхОставалась такою же милой.Желаю, чтоб твоя жизнь была без глюков, клёвой и классной,И каждым шагом своим ты приближалась к верхушке Парнаса!Желаю фурроров в работе, учёбе и прочем,Побольше любви, ещё кой чего-то, а, в общем:Знаешь, то, чего так на данный момент не хватает,В дальнейшем в достатке, даже в излишке, будет.А в мире счастья и любви океане,Надеюсь, ты, всё же, про меня не забудешь…***P….S. Оля! 28-35 лет — это самый расцвет дамы.Без комментариев.Задача-максимум – это её любовь. А поздно – так как она найдёт для себя другого. А, может быть, уже отыскала. Я просто об этом не знаю. Свято место пусто не бывает!

ГЛАВА VI. «ХХХ лет»

Май! Выходные! Звоню: «Что ты делаешь на празднички?». Ответ: «Работаю!». Оказалось: гуляет с подругой. Почему не с другом? Либо не со мной?Близится её Денек рождения. Желаю подарить песочные часы с надписью: «Счастливые часов не наблюдают. Они ими управляют». Не нахожу нигде песочных часов.Дарю просто открытку и письмо-признание.Что я желаю от неё?! Я желаю услышать «да» либо «нет»? Есть ли надежда?Есть ли то, ради чего стоит жить и стараться чего-то достигнуть? Есть ли любовь на свете?* * *Вот 30 лет для тебя стукнет,Как-будто камнем по стеклу,И злые годы не оставятНи шанса, чтоб всё возвратить:Весну светлого юношества,И лето молодости твоей…Имел бы нескончаемой жизни средство -Я б подарил его для тебя.А 30 лет — совершенно не возраст,Только состояние души.Я понимаю: всё тяжело,Ведь мне всего — 20 один.Я в жизни многого не знаю,Я только начинаю жить,Я, как и все, иногда мечтаю,Желаю чего-то там достигнуть.Но 30 лет… А я так трудно,Я так наивно и забавно,Несуразно, тупо, осторожноКасаюсь сердца твоего.Ищу мгновения для встречи,Бросаю мимолётный взор,А ты уходишь тихо в вечер,Не смотря никогда вспять.Ты 30 лет свои отметишь,Допьёшь бокал вина до дна.Признайся, Оля, не увидеть,Что я люблю тебя, нельзя.А ты молчишь и нет ответа:Не знаю: любишь ли меня…ТЫ, ОЛЯ, ЛУЧШЕ Всех в мире!!!АХ, ОЛЯ, Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ!!!На последующий денек – дождик. Я не взял с собой зонтик. Прохладные струи дождика, понукаемые ветром, хлещут меня по лицу. Сейчас всё или продолжится, или завершится. Она подходит ко мне близко-близко. Я чувствую тепло её тела и слышу биение сердца. Она глядит мне в глаза, улыбается и гласит (это признание даётся ей нелегко):– Алексис! Я всё лицезрела, замечала… Но ответить взаимностью для тебя не могу! Относиться я к для тебя буду как и раньше!Я улыбаюсь: «Отлично! Отлично!». Но что ж здесь неплохого?* * *В моей голове вихрем помчались все деньки нашего знакомства, все диалоги, звонки и письма. Я пробую выяснить: в чём причина, почему она не может ответить мне взаимностью? Причина лежит на поверхности, но мне охото услышать это от неё.– Оля, скажи мне, в чём причина?Она изменяется в лице (мне всегда казалось, что у меня две Оли: одна – романтичная и весёлая, другая – расчётливая и жёсткая).– Что ты от меня хочешь?– У тебя другой, да?– Ну да!– А что ж ты, Оля, так: кто-то есть, я для тебя дарю стихи, хожу за тобой, а ты меня не останавливаешь?– Ну, у тебя всё так отлично выходило. Так и положено. Дамам необходимо оказывать знаки внимания. Дама должна быть Каверзной!Спрашиваю, что она желала сказать мне книжкой Ричарда Баха. Отвечает, что не стоит находить потаенный смысл в её словах и делах – ничего не было.Не права она. Дама не должна быть каверзной. Она должна быть мудрейшей.Знаю, пройдёт год-два-три. Я забуду её. Она станет просто лицом в массе. Кто её избранник? Стоило ли играть? Уверен, она сделала верный выбор. «Жизнь коротка, и прожить её необходимо так, что бы позже не было мучительно больно», – писал классик. Не надо ни о чём жалеть.Любовь – игра… Без излишних слов.Не знаю, как для тебя, а мне.Мне было очень хорошоПод вечер вспомнить о для тебя.

ГЛАВА VII. «Я падаю…»

А я падаю и падаю. Аква гладь всё поближе и поближе. Сероватые, голубые, зелёные волны приветствуют меня. Это – не море, это – её глаза…Ветер свистит у меня в ушах. Эта одичавшая скорость! Какое-то чувство лёгкости и свободы. Абсолютной свободы. Безупречной свободы. Я проношусь мимо чаек, покорителей воздуха и небес. Может быть, меня лицезреет Джонатан Ливингстон. Он ведь таковой же, как я. А я таковой же, как он. Я, как и он, стремился к чему-то. Но у него не парафиновые крылья. И он рождён летать. Он рождён птицей. А я… Рождённый ползать летать не может.(Можно добавить: зато проползёт, где пролезет…).Удар!!! Моё тело распласталось на поверхности. Боль. Одичавшая боль пронзает моё тело. Моё разбитое тело становится тяжелее с каждой минуткой. Вода не способен удержать меня. Я начинаю погружаться. Погружаться на дно. Я тону. Тону в её очах. Очах, которые меняют собственный цвет, зависимо от времени суток, освещения, настроения. Они то голубые, то сероватые, то зелёные. Как морская волна. Тону в её волосах. Каштановых. Пепельных. Русых. Зависимо от времени суток, освещения, настроения. Становлюсь её частью. Сливаюсь с ней воедино. Наконец мы совместно!Прохладное лето. 2003-ий год. Ухмылки, рассветы. Закаты, букеты роз…»…Он поднялся на две тыщи футов и попробовал ещё раз: входя в пике, он растянул клюв вниз, и раскинул крылья, а когда достигнул скорости 50 миль в час, закончил шевелить ими. Это потребовало несусветного напряжения, но он достигнул собственного. 10 секунд он мчался неуловимой тенью со скоростью 90 миль в час. Джонатан установил мировой рекорд высокоскоростного полёта для чаек!Но он недолго упивался победой. Как он попробовал выйти из пике, как он немного изменил положение крыльев, его схватил тот же свирепый неодолимый вихрь, он гнал его со скоростью 90 миль в час и разрывал на кусочки, как заряд динамита… Невысоко над морем Джонатан-Чайка не выдержал и упал на твёрдую, как камень воду…Когда он пришёл в себя, была уже ночь, он плыл в лунном свете по глади океана. Рваные крылья были налиты свинцом, но бремя беды легло на спину ещё более тяжким грузом. У него появилось смутное желание, чтоб этот груз неприметно увлёк его на дно, тогда и, в конце концов, всё будет кончено. Он начал погружаться в воду…».(Ричард …Бах «Чайка по имени Джонатан Ливингстон»)ЧТО ЭТО БЫЛО:ЖЕНСКОЕ КОВАРСТВО Либо МУЖСКАЯ Тупость?ОБМАН Либо САМООБМАН?

Alexice Schneider © 07*2003