Раскопки. День второй

Категория: Гомосексуалы

Весь денек мы провели трудясь и загорая уже впятером. К телам наших смуглых казахских друзей загар прилипал очень стремительно. Торс Айбека еще не сравнялся по колеру с относительно светлыми ногами. Он смотрелся достаточно весело: ноги были светлыми, но тело, там, где он носил трусы было еще светлее, в то время как торс был фактически черным. Сейчас Айбек был особенно разговорчив и весел. От вчерашнего варианта у него не осталось и тени обиды. Время от времени даже складывалось воспоминание, что он признателен нам за то, что мы силой сорвали с него стеснение. Зато девчонки загорали очень ровно, потому что они в перерывах меж работой ложились на спину и подставляли солнцу свои груди и животик. Даша была прекрасна: фигура отличалась стройностью линий, в области ее припухлой письки показывался легкий пушок. Никто из нашей мужской половины не мог похвастать таким огромным количеством пуха в области половых органов. Хоть я и обривал в области лобка, чтоб провоцировать рост волос, ничего не считая пары чуть приметных волосков не появилось. Видимо, время еще не пришло: Груди Даши уже отлично сформировались, выдаваясь упругими бугорками с налитыми вишенками сосков. Айнура была худощава, можно сказать даже «плоская», но мое сознание не позволяло мне так мыслить о ней, потому я задумывался о дальнейшем вечере. Сейчас Татьяна объявила банный денек и попросила нашу группу приготовить баню, потому мы окончили работу ранее.

Когда мы подошли к лагерю, то узрели несколько рулонов целофана и кучу саксаула. В лагере еще никого не было. Девченки делали баню не в первый раз, потому они ловко собрали каркас, на который начали укреплять целофан. Мы с ребятами разожгли костер на камнях у реки, где потом должна была показаться баня. Смысл походной бани такой: поначалу разжигается костер, пока он пылает, нагревает камешки, подброшенные в него, потом, когда саксаул прогорает, а камешки греются до красна, на это место ставится шалаш, изготовленный из шестов, на которых закреплен целофан.

Пока мы занимались баней, к лагерю начали стягиваться другие бригады. Кто-то занялся ужином, кто-то присоединился к нам, собирая дополнительный саксаул в округах. Большая часть девчонок было занято изготовлением ужина. Пацаны же, водрузив шалаш на место жарких камешков, начали раздеваться, чтоб успеть умыться, пока девчонки заняты ужином. По правилам, о которых условились еще до нашего с Нуралы возникновения в лагере, мальчишки умывались первыми. Когда последняя группа заканчивала, кто-то одевался и шел приглашать девчонок. В бане сразу могли поместиться менее 5 человек без риска обжечься об камешки, потому, когда 1-ая группа зашла в баню, оставшиеся человек 10 уже раздевшись расположились рядом. Многие пацаны, не включая меня, Нуралы и Айбека, оставались в трусах. Мы с Нуралы оказались в таковой бане в первый раз, потому не знали что делать. Но, по праву растапливающих баню зашли в первой группе с 3-мя другими мальчуганами и, разместившись вокруг камешков на корточках, начали следить за тем как жители лагеря парятся. Невзирая на тонкие полиэтиленовые стены в бане было уже достаточно горячо, потому скоро мы все начали покрываться испариной. С нами в бане был самый младший участник экспедиции — десятилетний отпрыск Татьяны — Руслан. Он в отличие от 2-ух других мальчиков, парившихся, не снимая темных семейных трусов, решил избавиться от намокших плавок. Раздевшись, он небережно выбросил их наружу. Когда он окончил возиться, один из мальчиков по имени Костя, животиком ложась на прогретую костром землю, попросил его сделать массаж.

Для Руслана, видимо, это было знакомое дело, так как он со познанием дела, верхом сел на спину лежащего мальчугана и начал делать пощипывания, от которых тот удовлетворенно заурчал. Я тоже обожал массаж, потому попросил Нуралы помять мне спину, обещая что не останусь в долгу. Массажируя друг дружку, мы не увидели, как Костя перевернулся на спину, а Руслан принялся за пощипывания и поглаживания фронтальной части его тела. Еще мало времени спустя, мой взор отметил, как руки Руслана все почаще и почаще проскальзывают под трусы Кости, лицо которого разумеется демонстрировало, что он не ждал схожих действий от собственного младшего друга. Я продолжал следить, за тем как Руслан, сидя на ногах лежащего на спине компаньона, скользил руками по его животику и равномерно приспускал трусы. Костя не мог этого не ощущать, но не сопротивлялся. Скоро трусы оказались приспущенными до половины бедер, а Руслан принялся поглаживать священные места компаньона, елозя нагими ягодицами по его бедрам. От увиденного я не на шуточку возбудился и не увидел, что начал поглаживать Нуралы в темпе с движениями Руслана, от чего мой компаньон недовольно дернулся. Запамятовал сказать, что наблюдаемая мною сцена была вне поля зрения Нуралы, который лежал на животике с закрытыми очами и тащился от моего массажа. Другой мальчуган следил за сценой молчком, с любопытством более моего. Руслан, делая другу массаж, очевидно сам получал наслаждение, потому что его розовая морковка уже издавна была в боевом положении. В бане становилось очень горячо, а недовольные ожиданием пацаны уже начали нас поторапливать криками снаружи.

Руслан внезапно на секунду обернулся ко мне с широкой ухмылкой, вроде бы с целью удостовериться, наблюдаю ли я за ним. После чего он наклонился и принялся сосать член собственного компаньона, который уже через несколько минут такового деяния брызнул для себя на животик. От омерзения меня чуть ли не стошнило. Лицезрев мое замешательство, Руслан подошел ко мне и рукою отклонил меня вспять так, что я сел рядом с лежащим Нуралы, который, еще не понимая, что происходит, оборотился на бок. После чего Руслан склонился к моему лобку и принялся сосать мой член. Я следя как подымается и опускается его голова, сообразил что приближается волна наслаждения. За волосы придерживая Руслана, я начал в такт двигать тазом, пока не кончил ему прямо в рот. Руслан, сплевывая мою сперму смеясь, поинтересовался, как мне приглянулась баня. Я не способен что-либо ответить выскочил наружу и побежал к реке. Окунувшись в прохладную воду, я возвратился к бане, рядом с которой посиживали на камнях Нуралы, Костя, Руслан и Ермек (так звали третьего соседа по бане). Ермек, выжимая снятые, в конце концов, трусы, совместно с остальными слушали Руслана, который говорил о том, как старшеклассники в школе обучили его делать миньет. Руслан, смеясь, говорил, что в школе он это делает за средства, а тут просто, чтоб доставить наслаждение. Когда Руслан увидел, что Нуралы с Ермеком возбудились, он предложил отсосать у их по очереди, после этого встал и, не дожидаясь ответа, склонился над Нуралы, а когда тот кончил, повторил тоже с Ермеком. После чего Руслан поинтересовался, не согласится ли кто-либо сейчас отсосать у него.

Все дружно негативно закачали головой, но мне было жалко миролюбивого и доверчивого Руслана, потому я, преодолевая брезгливость, все таки отважился и присел на камень, приглашая рукою Руслана подойти ближе. Он приблизился ко мне и вложил собственный отвердевший член в мой приоткрытый рот. Я начал сосательные движения. Незапятнанная сосиска Руслана оказалась солоноватой на вкус. Только и всего: Я, работая языком и губками, старался быть нежным, чтоб Руслану понравилось. Когда оргазм был близок, он вытащил член и, немного его подрачивая, спустил в сторону. После этого признательно похлопал меня по плечу. Мне было наплевать, что поразмыслят пацаны, главное я не оскорбил неплохого парня, ставшего сейчас моим другом. Совсем серьезно. Мы дружим с Русланом и до настоящего времени. Сейчас семьями. Его дочку я пристроил в элитную школу совместно со своим отпрыском. Сейчас они одноклассники. А по субботам мы совместно с супругами и детками ходим совместно в баню. Миньет мы больше не делали друг дружке, как покинули экспедицию, хотя здорово сдружились и нередко встречались. О том, что Руслан делает миньет старшеклассникам в школе, он соврал,… а 1-ый и последний случай был конкретно в той бане. Мысль пришла к нему экспромтом, с целью захватить авторитет старших ребят.

После бани мы втроем в одних трусах пошли на ужин. Руслан в мгле не сумел отыскать свои плавки, потому вошел на поляну нагим. Потому что он был самым младшим, никто не направил на это внимание. Татьяна только поинтересовалась у отпрыска, не холодно ли ему и, получив отрицательный ответ, принялась заполнять тарелки макаронами, сваренными с тушенкой. Входя в лагерь, мы соврали девчонкам, что они могут идти париться. Первыми пошли Даша с Айнурой и еще несколько девченок, которые, подойдя к бане, застали других мальчуганов, сидячими на камнях голяком. Некие из мальчиков подсознательно прикрылись, а некие, бравируя, остались посиживать в таком виде. Девченки, шедшие совместно с нашими подругами, лицезрев нагих мальчуганов, побежали вспять к лагерю, рассказывая наперерыв другим об увиденном «позоре». Наши же подруги, раздевшись, пошли в баню. Самые смелые мальчишки присоединились к ним, другие, посидев еще малость на камнях рядом с баней и не дождавшись ничего такого особенного, возвратились в лагерь.

Мы с Нуралы в это время после смачного ужина уже лежали в спальном мешке, спиной друг дружке. Нуралы умиротворенно сопел, а я, прижавшись к его ягодицам своими, старался согреть их перед сном.